Понедельник, 19.11.2018
Эксплуатация систем отопления
Меню сайта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Главная » 2018 » Октябрь » 24 » CBS News (США): Пресс-конференция президента США Дональда Трампа в Нью-Йорке
12:19
CBS News (США): Пресс-конференция президента США Дональда Трампа в Нью-Йорке

Трамп: Большое спасибо всем вам. Мы провели замечательные три дня в Организации Объединенных Наций в Нью-Йорке. И это серьезное собрание. Много людей, много СМИ.

(СМЕХ)

Мы охватили большую территорию. Только что ушел, как вы знаете, премьер-министр Японии Абэ, мы начинаем торговые переговоры с Японией. В течение многих лет они не желали говорить о торговле. И теперь они готовы говорить о торговле. И я уверен, что мы заключим очень хорошую сделку.

<

Как вы знаете, два дня назад подписали сделку с Южной Кореей, торговую сделку, масштабную сделку с Южной Кореей. Это много значит для наших фермеров. Мы открываемся для фермеров. Мы открываемся для множества разных групп.

Мы сможем продать автомобилей гораздо больше — более чем в два раза — по сравнению с тем, что нам было разрешено по сделке, которая была там раньше, и которая была абсолютно ущербной. И поэтому мы очень довольны этим. Эта сделка фактически завершена.

Мы очень хорошо продвигаемся с Мексикой. Отношения очень хорошие. А с Канадой посмотрим, что получится. Они взимают с нас 300-процентные тарифы на молочные продукты, мы не можем этого допустить. Мы не можем этого допустить.

Трамп: С Китаем, как вы знаете, мы сегодня сделали объявление. Они хотели бы, чтобы я проиграл выборы, потому что они никогда ничего не делали в этом направлении. Но я хочу открыть Китай для наших фермеров, для наших промышленников, для наших компаний. А Китай не открыт. Но мы открыты для них. Они берут с нас 25, 35, 55 процентов за товары, а мы ничего с них не берем, с точки зрения ввоза в страну.

На автомобили, у них 25 процентов, а у нас 2 процента и 2,5 процента, и мы даже не взимаем их сейчас. Так что мы очень хорошо ведем себя в наших взаимоотношениях с Китаем в торговле. У меня прекрасные отношения с председателем КНР, председателем Си Цзиньпином.

Но это должна быть улица с двусторонним движением, а 25 лет или дольше ее не было. Триллионы и триллионы долларов были вывезены из Соединенных Штатов на благо Китая, и мы просто не можем этого допустить. Мы должны делать это по справедливости. Итак, у нас сейчас 250 миллиардов долларов, 25-процентная пошлина, и в нашу казну поступает много денег.

И это никак не повлияло на нашу — абсолютно, кстати — никак не повлияло на нашу экономику, о чем я и говорил, что оно не повлияет. В действительности, самая горячая отрасль это — сталь. Если вы посмотрите, что произошло со сталью, то мы взимаем 25-процентный тариф с дэмперов. Они дэмпингуют, продавая огромное количество стали. Они хотят вывести металлургические компании из бизнеса, и после этого, прийти и установить цену в пять раз больше, чем вы могли бы себе представить.

Нам нужна сталь, нам нужен алюминий. И эти отрасли работают хорошо, но сталь это что-то невероятное. Американские производители стали открывают минимум восемь заводов, «Nucor» открывает заводы, и в некоторых случаях это большие заводы — за 750 миллионов долларов и за один миллиард долларов. То, что происходит со сталелитейной промышленностью, меня очень волнует. Она перестраивается.

Если вы посмотрите на шахтеров и уголь, если вы посмотрите на энергетику, СПГ — просто Япония дала нам некоторые цифры, которые невероятны. Они удвоили объемы, которые собираются покупать для Японии. Они берут СПГ и удваивают его.

Я сказал: «Ты должен сделать мне одолжение. Мы не хотим этих больших дефицитов. Тебе придется покупать больше». Они покупают огромное количество военной техники, и другие страны делают то же самое, потому что у нас есть торговый дисбаланс почти со всеми. За редким исключением, которое к нам не относится.

Так что у нас все отлично, как у страны. К сожалению, они немного повысили процентные ставки, потому что у нас все хорошо получается. Меня это не радует, потому что я знаю, что будут вопросы. Я не в восторге от этого. Я лучше расплачусь с долгами или займусь другими делами, создам больше рабочих мест. Меня беспокоит тот факт, что им нравится повышать процентные ставки. С деньгами можно делать другие вещи.

Но они подняли их, и они поднимают их, потому что у нас все хорошо, как вы знаете. У нас все намного лучше, чем я предполагал, когда проводил свою кампанию. Я говорил: «Мы собирались это сделать. И мы сделаем гораздо лучше, чем кто-либо когда-либо думал». И я скажу, если бы пришли другие, было бы как раз наоборот, потому что они собирались наложить ограничения, они собирались поставить заслоны. Они собирались задушить экономику, так как она уже задыхалась, но это было бы еще хуже, и они собирались поднять налоги. Это то, что они хотят сделать сейчас, если у них когда-нибудь будет контроль, однако я не думаю, что у них будет контроль в течение длительного времени.

С учетом сказанного, мы ответим на несколько вопросов и… да, пожалуйста.

Джон, давай. У нас достаточно времени.

— Господин президент, большое спасибо. Но, конечно же, вы с нетерпением ждете завтрашних слушаний с судьей Кавано…

Трамп: Да.

— … перед Судебным комитетом.

Трамп: Да.

— В 1991 году, когда Джо Байден передал Белому дому Буша-старшего обвинения, которые Анита Хилл выдвинула против Кларенса Томаса, Белый дом Буша попросил ФБР изучить их, как часть расследования судьи Томаса, а не уголовного расследования…

Трамп: Правильно, правильно.

— …но предварительное расследование. Когда были выдвинуты эти обвинения, почему Белый дом не сделал то же самое? И со всеми обвинениями, которые сейчас выдвигаются в отношении судьи Кавано, была ли упущена возможность, чтобы следователи изучили это и получили так или иначе какую-либо ясность?

Трамп: Ну, ФБР сообщило нам, что они проводили расследование в отношении судьи Кавано шесть раз, пять раз — много раз за эти годы. Они его очень хорошо знают. Но здесь не было ничего такого, что можно было расследовать, по крайней мере, с одной точки зрения — они не знали местоположения, они не знали времени, они не знали года — они ничего не знали. И это похоже на то, к чему вы клоните?

Кроме того, это не для ФБР, если вы посмотрите на то, что сказал Джо Байден. Он сказал: «Они этого не делают», и он сказал это очень четко. Поэтому я думаю, когда вы действительно посмотрите на все это, это не изменит ни одного мнения в среде демократов; их обструкционистов. Они на самом деле мошенники, потому что они знают, насколько квалифицирован этот человек. Они разрушили его репутацию, и хотят сломать его еще сильнее.

И я думаю, что люди увидят это на промежуточных выборах. Что они сделали с этой семьей, что они сделали с этими детьми — с его прекрасными детьми, и что они сделали с его женой. И они знают, что это большая, жирная афера. Я гарантирую вам, когда они остаются наедине, то смеются, как черти, над тем, что они сделали из вас. И на публике, они смеются, как черти.

Так что это не имело бы значения, если бы ФБР вернулось с самым чистым счетом, и вы это прекрасно понимаете, Джон. Если бы они пришли к выводу, что он самый безупречный, и все мы нашли, что он совершенно невиновен во всем, это не имело бы значения; вы бы не получили ни одного голоса.

Теперь мы получим голоса демократов, если победим. У вас будет три, четыре или пять демократов, которые отдадут нам голоса, потому что они в штатах, где я выиграл в 30 и 40 очков, и они отдадут нам голоса. Но, кроме того, вы Джон, вероятно, ничего не получите.

Давайте дальше, пожалуйста.

— Господин президент, сейчас три женщины обвиняют судью Кавано в сексуальных домогательствах. Вы хотите сказать, что все эти три женщины лгут? Это все, что можно сказать…

Трамп: Да.

— …завтра это может заставить вас отозвать кандидатуру? Хотя бы что-нибудь…

Трамп: Я не буду участвовать в этой игре. Я только говорю вам — это один из самых квалифицированных людей, которых я когда-либо встречал. И все, кто его знает, говорят одно и то же, и это все ложь. В некоторых случаях это ложные обвинения, и в некоторых случаях даже СМИ с этим согласны. Я могу только сказать, что то, что они сделали с этим человеком, невероятно.

Вы знаете, это очень интересно, я подбираю много судей — у меня будет 145 судей, которых я назначу к концу довольно короткого периода времени, потому что президент Обама не особо занимался подбором судей. Когда я добрался до этого, я спросил, как такое возможно? У меня 145 судей, включая Апелляционный суд. И они просто не делали этого, знаете почему? Они устали, расслабились — что-то случилось. У меня 145 судей. Каждый хочет быть федеральным судьей, а не только судьей Верховного суда. Я говорю об Апелляционном суде. Я говорю о районных судах. Не думаю, что они захотят этого так уж сильно. Я буду звать людей, и у нас будут люди, подыскивающие людей для этой работы.

Трамп: Люди будут бояться, потому что это могли бы сказать о вас. 35 лет назад… вы, возможно, уже не знаете, что там было. Что здесь происходит? Почему они так долго ждали? Почему сенатор Файнштейн ждала окончания слушаний, чтобы сделать это? Почему она не сказала об этом начале?

Когда вы спрашиваете, например, о ФБР — почему они не вынесли это прямо в начале слушаний? У ФБР было все время мира. Все было бы в порядке. Итак, ФБР, как вы знаете, проводило расследование на этот раз, также так еще пять или шесть раз ранее, и они провели очень тщательное расследование. Но это большая афера.

Я хотел бы оказаться в комнате с демократами за закрытыми дверями, когда вы, ребята, все ждете снаружи, а Шумер и его приятели там над вами смеются. Как они вас всех одурачили. Давайте остановим их. Большая, жирная афера.

Давайте дальше.

— Но, господин президент, я бы хотел продолжить, у вас же есть дочери. Можете ли вы понять, почему жертва сексуального насилия не сообщила об этом в то время? Неужели вы не понимаете?

Трамп: Я, кстати, так и говорю. 36 лет. Никаких обвинений. Нет ничего…

— Но так часто бывает. Я имею ввиду…

Трамп: Людям придется принять решение. 36 лет, никаких обвинений. Внезапно слушания закончились, и начали появляться слухи. Тогда у нас есть еще один мошенник, Авенатти, еще один красавчик. Я лишь говорю, что вы должны взглянуть на факты.

Сенаторы очень способные люди. Они очень хорошие люди. Я знаю многих из них, они мои друзья. Это очень талантливые, очень хорошие люди, и они собираются голосовать. Им придется поверить в то, во что они верят.

Когда я смотрю на то, что случилось с репутацией превосходного джентльмена — замечательного интеллектуала, блестящего человека, у которого есть шанс стать одним из вдающихся судей нашего Верховного суда в истории — я думаю, что это позор.

Да, пожалуйста.

— Да, господин Президент. Меня зовут Томас Регаладо, радио и ТВ «Марти».

Трамп: Окей.

— Господин президент, вчера во время выступления в ООН вы говорили о том, что проблема Венесуэлы связана с Кубой и Кастро, поскольку они проникли туда и принесли в Венесуэлу социализм и коммунизм, а теперь и в Никарагуа. Господин президент, собираетесь ли вы сейчас проявлять большую активность и в отношении Кубы? И…

Трамп: Я очень активно выступал против Кубы. Мне не нравится то, что происходит на Кубе. Как вы знаете, президент Обама открыл им дорогу, и мне это не понравилось, как и кубинцам, живущим в Майами, живущим в нашей стране, которые прибыли с Кубы и пострадали на Кубе.

Мне не нравится то, что он сделал, я почти все это отменил. Мне не нравится то, что происходит на Кубе, и мне, конечно, не нравится то, что происходит в Венесуэле.

Трамп: Да, пожалуйста, продолжайте.

— Господин президент, только чтобы быстро закончить с этим, вы также говорили, что у вас есть призыв — попросить лидеров всего мира положить конец социализму. Хотели бы вы быть признаны (неразборчиво)…

Трамп: Ну, я бы не сказал, что социализм очень хорошо работает во всем мире, верно? Вы можете взглянуть на Венесуэлу как на пример номер один для вас — я думаю, он наиболее очевиден. Но посмотрите по всему миру: социализм не очень-то и на коне.

Пожалуйста.

— Спасибо, господин президент.

Трамп: Давайте.

— Большое спасибо. Если вы не возражаете, после того, как я закончу, Вегенер, Галлей, Вивиан или одна из наших коллег-женщин могут последовать за мной, это было бы здорово. Господин президент, в развитие этих обвинений против Бретта Кавано.

Трамп: Что он имеет в виду под этим? Объясните. Что это значит?

— Я думаю, было бы здорово, если бы женщина-репортер получила…

Трамп: Что это значит? Нет, что это значит?

— … Я думаю, было бы здорово, если бы женщина-репортер задала вам вопрос по этому поводу. Поэтому, если вы не возражаете, можно мне…

Трамп: Я бы не возражал против этого вообще, нет.

— Хорошо.

Трамп: Не возражал бы против этого вообще.

— Хорошо, хорошо, позвольте мне, если можно…

Трамп: Для меня это не имеет значения.

— Все в порядке.

Трамп: Давайте.

— Если последовать за вопросом Джона, то почему, господин президент, вы всегда оказываетесь на стороне обвиняемого, а не обвинителя? У вас здесь три женщины, которые делают заявления и просят, чтобы их истории были услышаны.

— И вы знаете, если вы посмотрите на дело Роя Мура, если вы посмотрите на дело одного из ваших сотрудников, вы, кажется, снова и снова на стороне обвиняемого, а не обвинителя. Это из-за множества обвинений, которые выдвигались против вас на протяжении многих лет?

Трамп: Ну, во-первых, я не был доволен Роем Муром, давайте это проясним. Но Рой Мур был кандидатом от республиканцев, и я бы предпочел победу кандидата от республиканцев. Я был очень доволен Лютером Стренджем, который был потрясающим человеком из Алабамы, но Лютер Стрендж имел много вещей, заставляющих идти против него. Что касается женщин, будь то мужчина или женщина, это, вы знаете, может происходить по-разному.

Обвинения могут пойти и в другую сторону, вы это понимаете. Был ли это мужчина или была женщина, 30 лет назад, 36 лет назад, на самом деле я даже не знаю, сколько лет назад, потому что этого никто не знает. Это долгое время, и я мог бы выбрать, в качестве примера что угодно. Надеюсь, мне не придется это делать, потому что, надеюсь, это будет очень хорошо продемонстрировано в четверг. Все будет очень хорошо в понедельник, субботу, воскресенье или когда все проголосуют. Но я могу выбрать женщину, и она также может получить обвинения о совершенном много лет назад.

— Потому что…

Трамп: И смотрел бы я на характер — нет. Что мне нужно сделать…

— …или неохотно выступать. Вы поставили под сомнение слова этих обвинителей. Многие из них…

Трамп: Я не думаю, что люди неохотно выступают. У них будет шанс сказать… У них есть большой шанс выступить, и это будет завтра, я полагаю. Мы отложили это, то есть сенаторы-республиканцы, а не я, сенаторы-республиканцы отложили это на несколько недель. Они дают женщинам шанс говорить. Теперь, возможно, я услышу их слова и скажу: «Эй, я передумал». Это возможно. Мы хотим дать им возможность говорить, и им это дано…

— Дать шанс всем трем? Шанс должен быть у всех трех.

Трамп: Ну, кому бы то ни было. Мы надолго все задержали, но у них будет серьезный шанс выступить и сделать свое дело. И знаете, что? Меня тоже можно убедить. ОК? Да, пожалуйста, давайте.

— Спасибо, господин президент. И еще пара вопросов для вас, чтобы прояснить некоторые моменты, которые я не совсем понял, если вы позволите мне задать еще пару вопросов. Во-первых, думаете ли вы, что эти женщины, все три, лгуньи, да или нет?

Трамп: Я не могу вам сказать, я должен посмотреть завтра. Я услышал об одном совсем недавно. Я могу сказать, что ее адвокат — ничтожество. Так что я не могу сказать, лгут они или нет, пока не услышу их. Я не знаю, что произошло сегодня, потому что, как вы знаете, я был очень занят переговорами с Японией, Южной Кореей, Китаем и еще семью странами. И я председательствовал в Совете безопасности. Так что я не знаю о человеке, который сегодня выступил. Я знаю о его адвокате, и у него — если не сказать хуже — плохая репутация, если взглянуть на его прошлое.

Что касается других женщин, я посмотрю, что будет завтра. Я собираюсь понаблюдать за этим. Верьте или нет, но я посмотрю, что будет сказано. Вполне возможно, что они окажутся убедительными. Сейчас, учитывая все сказанное, нужно отметить, что судья Бретт Кавано на протяжении многих лет был одним из самых уважаемых людей в Вашингтоне. Я думаю, его можно назвать вторым высшим судом. Каждый человек знает его, многие люди знают его хорошо, и эти люди не верят в то, что происходит. Меня всегда можно убедить. Я должен послушать.

— Звучит так, словно вы говорите, что есть сценарий, согласно которому вы снимите кандидатуру Бретта Кавано. Верно ли это?

Трамп: Если бы я думал, что он виновен в чем-то подобном, да, конечно.

— И вы будете ждать до завтра, чтобы принять решение?

Трамп: Я хочу посмотреть. Надеюсь, я смогу посмотреть. Завтра я встречаюсь с представителями многих стран. Но я уверен, что в какой-то форме смогу посмотреть, и я также буду полагаться на некоторых очень справедливых и талантливых сенаторов-республиканцев… Послушайте, если мы приведем сюда Джорджа Вашингтона и скажем, что у нас есть Джордж Вашингтон, демократы проголосуют против него. Просто чтобы вы поняли. И у него могло быть плохое прошлое. Кто знает, вы понимаете?

(СМЕХ)

Возможно, у него были какие-то приобретения. Разве у него не было парочки вещей в прошлом? Шумер и его мошенники на 100 голосовали бы против Джорджа Вашингтона. Я имею в виду, 100%, 100%. Так что это действительно не имеет значения, с их точки зрения.

Вот Джон спросил о ФБР. Он потерял бы все голоса, если бы ФБР провело самое тщательное расследование в истории ФБР. Они бы обнаружили, что он на 100 процентов безупречен.

Итак, если республиканцы выиграют завтра, я думаю, вы получите голоса от демократов. Знаете почему? Мы все знаем почему. Потому что это называется политикой. Тогда вы, вероятно, получите несколько голосов.

Трамп: Хорошо. Поехали. Еще один вопрос. Да. Она встает, хотела бы задать три вопроса. Это не очень справедливо по отношению ко всем остальным. Должен ли я позволить ей задать еще один вопрос?

— В продолжение вопроса, заданного коллегой, о пользе презумпции невиновности, которую вы ли таким людям, как Рой Мур, Роджер Эйлз, Билл О'Рейли, Бретт Кавано. Все они мужчины. Почему так?

Трамп: Это не вызывает сомнений…

— Имел ли когда-нибудь место случай, когда вы давали презумпцию невиновности женщине?

Трамп: Я знаю их, Холли. Я знаю в течение длительного времени и многих из этих людей. Очень многих людей. И некоторые из них меня разочаровали. Я был разочарован некоторыми. Как вы знаете, есть обвинения, которые довольно слабы. Но я знаю этих людей в течение длительного времени. Я никогда не видел от них ничего плохого. И есть некоторые вещи, с которыми я, вероятно, согласен. Я могу сказать вам, есть некоторые вещи, которые я наблюдал в течение длительного времени. И в некоторых случаях они не были республиканцами, во многих случаях они ими не были. Все было с точностью наоборот. Но я наблюдал за ними в течение долгого времени, и я знал в течение долгого времени, что это не хорошие люди, и что их никогда не перевоспитать.

— Господин президент, когда обвинения впервые всплыли, вы изначально сказали, как для доктора Форд важно давать показания, и что вы хотели выслушать ее.

Трамп: Да.

— Но…

Трамп: Хотелось бы, чтобы все ускорилось.

— Ну, вы также сказали, что если бы все было так плохо, как она утверждает, конечно, ее родители сообщили бы об этом. Только сегодня вы сказали…

Трамп: Ну, правда здесь есть. Я имею в виду, что ее родители могли сообщить об этом 36 лет назад.

Это не означает, что они должны были сообщать об этом, потому что в некоторых случаях люди молчат. Это очень сложная ситуация для женщины, в этом нет никаких сомнений. И в некоторых случаях они сообщают об этом.

Честно говоря, если бы они сообщили об этом, было бы довольно удивительно, не так ли? Но я думаю, что они этого не сделали, и это нормально. Я не говорю, что они должны были сообщить об этом, потому что это очень личное, это очень большая проблема. В этом нет никаких сомнений.

Давайте дальше.

— Вы бы хотели услышать ее историю о том, что было раньше?..

Трамп: Я бы хотел услышать ее историю, да. Мы дадим ей немного времени.

— Вы уже приняли решение?

Трамп: Они могли бы дать ей время на прошлой неделе. Это Сенат Соединенных Штатов. Это самая важная позиция, которую может занять президент, я думаю, можно сказать, безусловно. Я слышал, что это самое важное решение, которое может принять президент. Я с этим не согласен. Война и мир. Я всегда говорю, «война и мир», и после этого Верховный суд, правильно.

Я с нетерпением жду от нее ответа. Мы могли выслушать ее на прошлой неделе. Мы уже долгое время можем услышать ее. Будет интересно услышать, что она скажет. ОК.

— Позвольте мне развить вопрос Джима. Господин президент, позвольте мне развить вопрос Джима. Я не думаю, что у нас есть ответ.

Трамп: Какой? Какой вопрос? Чей?

— Как быть с вашим личным опытом в связи с обвинениями от более чем…

Трамп: Меня обвинили. Меня обвинили.

— …дюжины женщин в сексуально-…

Трамп: Ложные обвинения.

— …-неправомерном поведении?

Трамп: Извините.

Трамп: И меня обвиняли — я полагаю, это были четыре женщины. Вы можете уточнить у Шона Ханнити, вы можете уточнить у «Фокс», потому что они очень основательно это освещали.

Трамп: Кому заплатили. Извините. Меня обвинили четверо или пятеро женщин, которым заплатили кучу денег, чтобы они придумывали истории обо мне. Мы поймали их, и средства массовой информации отказались показывать это по телевидению. Они отказались даже писать об этом. Там было четыре женщины, а может и больше. Думаю, число четыре или пять. Но одна выплатила ипотеку за свой дом стоимостью в 52 тысячи долларов. У другой было еще что-то. И той, которая сообщила об этом, насколько я знаю, было предложено 750 тысяч долларов за то, чтобы говорить обо мне плохие вещи.

И именно она сообщила об этом. Эта женщина невероятна. Она сообщила, вместо того, чтобы взять деньги. Так что у меня было много обвинений в мой адрес.

Трамп: Я имею в виду, они сделали ложные заявления обо мне, зная, что они ложные. Я никогда с ними не встречался. Я никогда не встречал этих людей. И что же они сделали? Чем они занимались? Они брали деньги, чтобы говорить плохие вещи. У меня были истории, написанные в «Нью-Йорк Таймс», на первой полосе, о четырех женщинах — вся главная страница «Нью-Йорк Таймс». Кажется, там было четыре больших картины. Я сказал Ничего себе, это серьезная штука, что это такое.

Это были женщины, которые говорили обо мне плохие вещи. Не худшие вещи обо мне, но плохие вещи. И я сказал, что это очень плохо. Я знал их давным-давно. 15 лет назад, 20 лет назад. Я сказал, что это очень плохо, я удивлен из-за них. И вдруг я вижу их по телевизору, и это не имеет ко мне никакого отношения. На следующий день или через день они пришли в ярость. Они сказали, что Дональд Трамп хороший парень, мы никогда этого не говорили. «Нью-Йорк Таймс» привела ложные сообщения.

Это фейковые новости. И знаете, что? «Нью-Йорк Таймс» не сообщит, что их история оказалась поддельной. Эти женщины говорили превосходные вещи. Мало того, что они не говорили плохих вещей, они говорили превосходные вещи обо мне. Первая страница. А эти женщины… они невероятные женщины. Они пошли на телевидение — они не хотели этого, и я не просил их — и они сказали, что «Нью-Йорк Таймс» все это придумала. Они дали ложные цитаты.

И они пошли на множество шоу. Они были в ярости и не могли в это поверить. Вот почему… люди знают, что многие новости фейковые, и многие сидящие здесь — фейк. Но 20% из этих людей замечательные, ОК?

— Как это повлияло на ваше мнение по обвинениям против судьи Кавано?

Трамп: Ну, это влияет на мое мнение, и знаете, почему? Потому что против меня было много ложных обвинений. К сожалению, я очень известный человек. Я являюсь известным человеком долгое время. Но против меня было много ложных обвинений, действительно ложных обвинений. Я знаю друзей, которые сталкивались с ложными обвинениями. Люди хотят славы, денег, чего угодно. Поэтому, когда я вижу это, я смотрю на это иначе, чем кто-то, сидящий дома у телевизора.

Это случалось со мной много раз. У меня было много ложных обвинений. У меня была женщина, сидящая в самолете, на которую я напал, когда люди заходили на борт, и это у меня бестселлер номер один. Я имею в виду, это была полная чушь. Такого очень много. Поэтому, когда вы говорите, влияет ли это на меня с точки зрения моего мышления в отношении судьи Кавано — абсолютно, потому что у меня это было много раз.

Трамп: И если бы в новостях сообщили об этих четырех людях — я не мог бы в это поверить. Когда я услышал, что они обвиняют этих четверых, я сказал: «Ничего себе, серьезная история». И это было для «Фокса». ОК.

— Благодарю вас, господин Президент. Ранее сегодня и сейчас, вы сделали значительное заявление против китайского правительства, вы предположили, что китайцы вмешивались или вмешиваются в среднесрочные выборы 2018 года. Какие у вас есть доказательства, сэр? Есть ли анализ (неразборчиво)…?

Трамп: У нас есть доказательства, они всплывут. Да, я не могу сказать вам о них сейчас, но они не появились из ниоткуда. Вот, что я могу вам сказать. Сейчас они действительно признались, что они идут за фермерами, я имею в виду, что большинство из вас может это дать. Мне нравится, что вы качаете головой, да, я собираюсь задать вам следующий вопрос из-за всего этого, хорошо? Вероятно, это будет убийца всех вопросов.

Но позвольте мне просто объяснить…

— То есть, вы не собираетесь выдвигать доказательства, сэр?

Трамп: Китай сейчас поставил товаров на 250 миллиардов долларов, и они платят 25% за это. Они платят миллиарды и миллиарды — такого никогда не случалось с Китаем. Мне нравится Китай, и мне очень нравится президент Си. Я думаю, что он мой друг. Хотя, возможно, он больше не мой друг, но я думаю, что он, вероятно, уважает — из того, что я слышу, если вы посмотрите на ведущего авторитета в Китае мистера Пиллсбери.

Он недавно был на хорошем шоу, я не буду упоминать название шоу, и он говорил, что Китай тотально уважает Дональда Трампа и очень, очень большой ум Дональда Трампа. Он сказал, они не знают, что делать с Дональдом Трампом — такого никогда не было.

Ну, одна вещь, которую они пытаются сделать, это убедить людей пойти против Дональда Трампа, потому что нормальный, обычный политический деятель, который понятия не имеет, что, черт возьми, он делает — мог бы позволить Китаю продолжать забирать из нашей страны 500 миллиардов долларов в год и отстраивать свою страну. Они строили 29 огромных мостов, как мост Джорджа Вашингтона.

Они строят вещи, которые мы больше не строим, но мы начинаем строить их снова. И наша экономика сейчас горячее, чем когда-либо. Я не знаю, видели ли вы сегодня утром показатели уровней уверенности, которые только что пришли, это фантастика. И, справедливости ради, ФРС поднимает ставки. Они повышают ставки, потому что мы никогда не делали того, что делаем сейчас.

И одна из приятных вещей в их ставках — люди, которые пострадали больше всего от этих нулевых процентных ставок, когда у президента Обамы была экономика, которая была худшей со времен Великой депрессии и все такое, вы все это слышали. Но вспомните, он играл с нулевыми процентами. Он играл на смешные деньги, попросту.

Я играю с довольно дорогими деньгами — поэтому, когда он делает это, люди, которые зарабатывают на процентах, это люди, которые на самом деле, за всю свою жизнь они сэкономили бы 10, 15, 20% своей зарплаты — эти люди были убиты. Потому что они вложили свои деньги в банк, они собираются жить на проценты, а им не было никакого интереса.